Гражданские, Экономические, Административные,
Уголовные дела, Интеллектуальная собственность
Гражданские, Экономические,
Административные, Уголовные дела,
Интеллектуальная собственность
Уголовное дело о незаконном использовании товарных знаков в ближайшее время будет рассмотрено в Минске. В отсутствие методик определения ущерба в сфере промышленной собственности суду будет непросто определить степень виновности фигуранта по делу.
Для Беларуси это первое расследованное дело в этой сфере.
Напомним, в начале августа текущего года Следственный комитет Беларуси сообщил, что «впервые в практике белорусского следствия окончено производством уголовное дело в отношении лица, которое незаконно использовало объекты права промышленной собственности в своих корыстных целях».
Как пояснили в комитете, средствами получения незаконного дохода об-виняемым явились «фирменные наименования, в том числе брендовые, а также товарные знаки».
Схема незаконного получения дохода, по информации комитета, действовала с 2009 года по февраль 2012-го: обвиняемый регистрировал доменные имена в национальном сегменте Интернета и размещал на них принадлежащие ему сайты. При переходе по таким ссылкам потенциальные покупатели крупных предприятий попадали не на сайты правообладателей, а на созданные обвиняемым ресурсы (всего более 80 сайтов), где были представлены однородные товары других производителей.
Как сообщили БЕЛТА в комитете, «для получения преступного дохода и уклонения от административной и уголовной ответственности обвиняемый изменял настройки для доменных имен таким образом, чтобы зарегистрированные им домены были включены в регистр поиска по большому количеству ключевых слов сервиса Google, что позволяло обвиняемому получить доход за счет большой посещаемости данных интернет-ресурсов, что являлось следствием использования широко известных брендовых наименований в названиях доменов».
Доказательствами вины обвиняемого стали заявления правообладателей, заключения экспертов, протоколы проведенных осмотров, показания более полусотни свидетелей, материалы проведенных ранее судебных заседаний по делам об административных правонарушениях в отношении данного лица, информация, изъятая в компаниях-регистраторах.
Действия обвиняемого были квалифицированы по ч. 3 ст. 201 УК («Нарушение авторских, смежных и патентных прав, повлекшее причинение ущерба в крупном размере»), а также ч. 1 ст. 380 УК («Подделка, изготовление, использование либо сбыт поддельных документов, штампов, печатей, бланков»). Ущерб правообладателям следствие оценило в сумму свыше 100 млн. BYR.
Особое внимание следствие уделило «причинам и условиям, способство-вавшим совершению данного преступления на протяжении длительного времени». По результатам расследования в Госкомитет по науке и технологиям было внесено представление, в котором указано на необходимость совершенствования законодательства в области защиты прав интеллектуальной собственности. В частности, о необходимости создания приоритетной позиции предприятия правообладателя на регистрацию доменного имени с использованием зарегистрированного товарного знака в его названии.
С учетом уникальности и значимости подобного дела для белорусской судебной практики в целом редакция обратилась за комментариями к адвокату, заведующему специализированной юрконсультацией по вопросам интеллектуальной собственности Евгению Портному:
Евгений Ефимович, можно ли назвать это дело прецедентным для белорусской судебной системы?
Думаю, что можно. На моей памяти конфликт между товарными знаками и доменными именами впервые становится предметом разбирательства в уголовном деле. Поскольку эта область правоотношений для Беларуси относительно новая, за ходом процесса будут наблюдать многие, тем более что если ситуация с товарными знаками с точки зрения правового регулирования в Беларуси более-менее ясна, то сказать то же самое о доменных именах, к сожалению, нельзя.
Как известно, доменное имя также может являться коммерческим обозначением, но ситуации бывают разные, и дать им однозначную правовую оценку получается не всегда.
Предположим, кто-то зарегистрировал и стал администратором домена, название которого совпадает с чьим-то товарным знаком. В этом случае само по себе действие по регистрации домена не является нарушением исключительного права на товарный знак.
Во-первых, для того чтобы имело место нарушение, должно быть использование товарного знака, причем в отношении конкретных товаров, работ или услуг, для которых он зарегистрирован. Например, если знак зарегистрирован для продуктов питания, а доменное имя используется для размещения информации о строительных материалах, то в этом случае нарушение прав на товарный знак не будет иметь места.
Само по себе совпадение указанного в поисковой строке браузера доменного имени с зарегистрированным товарным знаком не означает априори, что будут нарушены права владельца знака. Поэтому именно факт использования ТЗ является одним из ключевых моментов, которые предстоит доказать стороне обвинения в суде.
Что еще должен установить суд, чтобы дать адекватную оценку действиям обвиняемого, помимо факта незаконного использования товарного знака?
Для этого необходимо обратиться к части 3 статьи 201 УК РБ. Она сформулирована следующим образом: «Действия, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, совершенные повторно, либо группой лиц по предварительному сговору, либо должностным лицом с использованием своих служебных полномочий, либо повлекшие причинение ущерба в крупном размере, наказываются штрафом, или арестом на срок до шести месяцев, или ограничением свободы на срок до пяти лет, или лишением свободы на тот же срок».
Без изучения материалов дела невозможно сказать, какие именно признаки преступления вменяются обвиняемому, имеется лишь информация о причинении ущерба в крупном размере. То есть как минимум должен быть установлен и доказан размер реального ущерба. И здесь могут возникнуть серьезные сложности.
Дело в том, что в Беларуси никаких методик определения ущерба по такого рода делам не существует, поэтому будет весьма интересно, каким образом обвинение будет его доказывать.
Кроме того, по делу должно быть доказано, что ущерб причинен именно в результате использования чужого товарного знака. Однако и это один из сложнодоказуемых фактов. Например, можно ли однозначно утверждать, что если бы лицо не продало обозначенный чужим товарным знаком товар, то аналогичный товар продал бы обладатель исключительного права на этот знак? Одно из другого не следует, а, как известно, приговор не может быть основан на предположениях.
К слову, также сложно доказать ущерб, нанесенный владельцу ТЗ, если кто-то изготовил или хранил товар, маркированный тождественным зна-ком. Между тем изготовление, равно как и хранение такого товара, в соответствии с белорусским законодательством является нарушением прав владельца товарного знака.
Кроме того, в части 2 статьи 201 УК РБ, которая корреспондирует с частью 3 этой же статьи, речь идет о незаконном распространении или ином незаконном использовании объектов права промышленной собственности, совершенных в течение года после наложения административного взыскания за такое же нарушение или сопряженных с получением дохода в крупном размере.
Таким образом, уголовно наказуемым является незаконное распространение или иное незаконное использование объекта права промышленной собственности, совершенное в течение года после наложения административного взыскания за такое же нарушение или сопряженное с получением дохода в крупном размере при наличии соответствующих квалифицирующих признаков, предусмотренных ч. 3 ст. 201 УК. В противном случае это может быть гражданско-правовым деликтом или административно наказуемым деянием.
Почему в таком случае до сих пор отсутствуют методики оценки ущерба по делам в сфере промышленной собственности?
Сложно ответить, почему так сложилось, но факт остается фактом: законодательно утвержденной методологии по таким делам нет, хотя, на мой взгляд, она крайне необходима. В ее отсутствие у правоприменителей возникает вопрос: от чего отталкиваться при подсчете ущерба? Кроме того, существует опасность субъективного подхода в правоприменительной и судебной практике, что весьма опасно.
Поэтому очень не хотелось бы, чтобы решение этого, на мой взгляд, весьма важного вопроса происходило «практикообразующим» путем. Он должен быть решен на законодательном уровне.
Как вы относитесь к идее введения приоритетной позиции предприятия - правообладателя на регистрацию доменного имени с использованием зарегистрированного товарного знака в его названии?
Мне кажется, это вопрос спорный, неоднозначный и подходить к нему надо осторожно. Поясню почему. Как правило, товарные знаки регистрируются в отношении тех товаров или услуг, в отношении которых фирма осуществляет свою деятельность. Не так часто организация регистрирует некое обозначение в отношении абсолютно всех товаров и услуг.
Кстати, не так давно в Верховном суде РБ было рассмотрено дело, когда один из двух владельцев аналогичных товарных знаков в отношении разных товаров и услуг первым зарегистрировал доменное имя с тождественным словесным обозначением. Возникает вопрос: у кого из этих юридических лиц должно быть преимущественное право на регистрацию доменного имени? У того, кто зарегистрировал товарный знак в отношении молока, или у того, кто стал владельцем аналогичного знака для колбасных изделий?
Нельзя также исключить ситуацию, при которой домен зарегистрирован, но не используется.
«Белорусы и рынок», №33 (1017) 3–9 сентября 2012 г., Сектор права (еженедельная аналитическая газета для деловых людей), Вадим Ходосовский